среда, 8 июня 2016 г.

Русское национальное сознание

Российское государство создано русским народом. В Российской Федерации около 85% русских. В течение девяностых годов ХХ века государствообразующий народ подвергался унижениям, а его дом-государство – разрушениям, отчего ныне в России вопиет русский вопрос.

Основными свойствами существования народа как соборного национального организма являются историческая память, национальное самосознание и национальная воля. Историческая память – это заветы старины, предания отцов, чувство единородства, приобщение к исторической миссии рода, народа, Родины. Просвещённого культурного человека отличает от дикаря «любовь к родному пепелищу, любовь к отеческим гробам» (А.С. Пушкин), – понять, кто мы есть, можно только помня, кем мы были. Человек, потерявший память, является недееспособным, ибо не понимает, кем он является. И народ без исторической памяти недееспособен. Историческая память связывает времена и судьбу народа, беспамятство их разрывает. В пору безвременья обеспамятовавший и потерявшийся народ впадает в череду катастроф, заканчивающихся смертью либо обретением памяти, возрождением, возвращением в историческое время, на путь самоопределения.

Национальное самосознание – способность народа осмыслять себя, свою историческую миссию и судьбу – выражается в религиозном, культурном, хозяйственном, государственном сознании народа. Каково было национальное самосознание русского народа до катастрофы 1917 года?


Апостол Андрей водружает крест на Киевских горах. 
Миниатюра из Радзивилловской летописи.

Русский народ религиозно сознавал себя в Православии – религии спасения любовью, состраданием, смирением, жертвенностью, соборным единением и солидарной ответственностью. В Православии Господь открывается сострадающим, любящим и милующим, а не грозным и карающим, Властителем и Судией. Спасение для православного человека в любви к Богу и ближним, а не в дисциплине и повиновении церковной иерархии (что характерно для католицизма), не в эсхатологическом ужасе, боязни Страшного суда (как в лютеранстве), не земном самосовершенствовании и преуспевании, как в кальвинизме, где человек воспитывается расчётливым, хладнокровно целеустремлённым. Неповторимы канонизированные первыми на Руси святые страстотерпцы Борис и Глеб, смиренно принявшие смерть, чтобы пресечь пролитие братской русской крови; уникальна традиция православного старчества, духовничества. Православие наделяло русский народ мессианским призванием: назначение народа – в служении Мессии, Христу, в защите правой веры и несении её народам.

Культурное самосознание русского народа выразилось в создании великой культуры, религиозной по содержанию и разнообразной по форме. В ней в художественной форме решались вопросы спасения человека и только затем рассматривались проблемы земного существования. Русская культура являет собой в материальных формах духовный порыв к Богу – к истине, добру, красоте; это культ Истинного Бога, а не земных идолов, культура культа духа, а не плоти и земных благ. Русская культура соборна в отличие от индивидуалистической западной. Поэтому русская православная культура чужда западноевропейской материалистической массовой культуре.

Хозяйственное самосознание русского народа складывалось под влиянием огромных пространств, сурового климата, низкого плодородия большинства земель, отсутствия выхода к незамерзающим открытым морям и отсутствия судоходных рек, выводящих к этим морям, трудных и опасных евразийских торговых путей, разбросанности природных ресурсов, огромного государственного бремени русского народа. На Руси сложились своеобычные хозяйственные формы, которые позволяли выживать в невиданно тяжёлых условиях. Государство играло большую, чем в Европе, роль, ибо на огромных малонаселенных пространствах только государство способно обустраивать дороги и связь, обеспечивать защиту хозяйственного деятеля, концентрировать капиталы для крупных проектов. В отличные от европейского индивидуалистического предпринимательского духа на Руси развивались коллективные, общинные формы хозяйствования, позволяющие сосредоточивать необходимые усилия в суровых условиях. Некоторые жёсткие формы государственности и хозяйствования (крепостное право) были неизбежными условиями выживания.

В хозяйственной жизни сказывался русский национальный характер. Для христианина собственность является микрокосмом человека как образа и подобия Божьего, как ответственного хозяина и устроителя природного космоса. Сознание русского человека не было индивидуалистическим, как у европейцев, но ориентировалось на общественные ценности и солидарные интересы. Русскому человеку были свойственны трудолюбие и предприимчивость, иначе он не освоил бы огромные пространства за исторически короткий срок. Хозяйственное самосознание мотивировалось не только экономическими, но религиозными, национальными стимулами. Колонизация новых земель проходила вслед за православным миссионерством, русские первопроходцы первым делом закладывали храм, строящиеся монастыри становились духовными и экономическими центрами. Соответственно аскетическому характеру русского народа в России не было европейского пиетета перед собственностью и богатством. Достоинство человека определялось внутренними качествами, а не объёмом капитала. В русской жизни не могло утвердиться всевластие денег. Характер хозяйствования не был хищническим, потребительским, не перемалывал природные ресурсы. Русский человек бережно относился к природе, ибо в его жизнеощущении природа – не отчуждённая холодная натура, из которой можно насильственно извлекать потребительскую пользу, а живая и родственная сущность, находящаяся при роде; и поэтому на-род и подответственная ему при-рода связаны экзистенциально.


Государственное сознание как форма самоутверждения национального духа было державным, имперским, оно отражало геополитическое положение России – отсутствие естественных преград агрессии с востока, юга и запада. В XIIIXV веках Русь примерно раз в пятьдесят лет опустошалась нашествиями, Москва сжигалась несколько раз в столетие. Это требовало сильного государства и стимулировало покорение агрессоров. Россия могла быть только либо империей, либо колонией. Ни один цивилизованный народ не сохранялся в истории при столь суровых геополитических, климатических и географических условиях. Государственное строительство подвигала напряженная борьба за самосохранение и создание условий для реализации исторического призвания русского народа.

Государственное сознание русского человека было исконно монархическим: истинная власть единодержавна, персонализирована, не самодостаточна, освящается Церковью, подчиняется велению совести – голосу Божию в человеке. Поэтому верховная власть в России руководствовалась императивами христианской морали. На Западе государственная власть строилась на основе правовых и политических механизмов, которые самодостаточны и независимы от состояния нравственности. В России власть наделялась нравственно-религиозным призванием, поэтому «устойчивость учреждений и их историческую перспективу она связывала в первую очередь с духовными факторами: моральными качествами людей и характером их целей. Русские отцы-основатели полагали, что и наилучшие учреждения при плохих людях дадут неудовлетворительные результаты, как и напротив: даже несовершенные институциональные конструкции могут быть компенсированы нравственной волей и усердием» (А.С. Панарин). Западное рационалистическое материалистическое мировоззрение не доверяло богочеловеческому творческому духу истории. Русское православное мировоззрение ориентировано на то, «что дух настолько всемогущ и всепроникающ, что никакая совершенная материя не может перед ним устоять, что она всего лишь оболочка, обозначение, а не разоблачение. Если дух зловреден, то никакая материя (плоть) не спасёт; если дух праведный и возвышающий, то он, подобно демиургу, самую греховную плоть возвысит. Поэтому программа восточного христианства, в отличие от западного… состояла в христианизации государства как единственной гарантии от “злобесия” всякой государственности» (А.С. Панарин). Душою государственного строительства был православный мессианизм (Москва – Третий Рим) – защита правой веры и православное просвещение других народов. Воин и монах, казак и купец – главные фигуры эпохи освоения огромных пространств российского континента. Русскому народу выпала роль собирателя земель и народов.

Русское государственное строительство в силу духовного призвания существенно отличалось от западноевропейской имперской политики. Расширение границ России в основном шло путём собирания русских земель и мирной колонизации необжитых пространств казаками, крестьянами, купцами, путешественниками, монастырями, а также в результате добровольного присоединения различных национальных и государственных образований. Русское государство завоевывало те территории, которые были для него источником смертельной опасности. Народы присоединённых к России территорий, в противоположность западноевропейской колонизации, не истреблялись и не ассимилировались, не крестились насильственно, не угнетались и не превращались в рабов. В России невозможно вообразить государственную политику геноцида коренного населения. «Сравним методы “освоения” Америки западноевропейцами и Сибири русскими. Если последние имели наставления “действовать не жесточью, а ласкою”, а за погибших в русском плену в казну взимались штрафы, то европейцы действовали прямо противоположным образом. Они заражали воду, уничтожали источники питания, распространяли болезни, а за каждого убитого аборигена им выплачивалась премия. Вот типичная инструкция, по которой действовал, в частности, карательный отряд капитана Прейса: “Губить индейцев на земле и на воде, убивая их или беря в плен, сжигая их дома, уничтожая посевы, и всякими другими способами”» (Н.Я. Лактионова) При колонизации Северной Америки власть платила за скальпы убитых индейцев. Великобритания осваивала Австралию силами каторжан. Цивилизованные народы Запада истребили коренное население Американского и Австралийского материков, поработили огромную Африку. Оставшихся в живых аборигенов крестили огнём и мечом. Все колонии нещадно грабились в пользу европейских метрополий.


Клавдий Васильевич Лебедев - Избрание Михаила Романова 1613 в Костроме.

Ничего подобного не было при колонизации русскими Евразийского материка. «При всём том перед Западом мы имеем выгоды неисчислимые. На нашей первоначальной истории не лежит пятно завоевания. Кровь и вражда не служили основанием государству русскому, и деды не завещали внукам преданий ненависти и мщения. Церковь, ограничив круг своего действия, никогда не утрачивала чистоты своей жизни внутренней и не проповедовала детям своим уроков неправосудия и насилия» (А.С. Хомяков). При завоеваниях масштабы кровопролития и насилия несравнимы с западными. В этом сказались терпимость, уживчивость, добронравие, «способность русского человека применяться к обычаям тех народов, среди которых ему случается жить» (М.Ю. Лермонтов).

«Что в самом деле может предложить Россия миру? Самую современную систему канализации? – В этом отношении мы никогда не сможем конкурировать с немцами. Самую совершенную систему накопления долларов? – Мы в этом отношении никогда не сможем конкурировать с американцами. Самую лучшую систему торговли с людоедами? – Мы в этом отношении никогда не сможем конкурировать с англичанами. Мы всегда будем отставать и в канализации, и в долларах, и в людоедах. Просто потому, что и канализация, и доллары, и людоеды интересуют нас меньше, чем немцев, американцев и англичан. “Не имей сто рублей, но имей сто друзей”. Нас главным образом интересуют человеческие отношения с людьми. И, в общем, при всяких там подъёмах и спадах – человеческих отношений человека к человеку в России было больше, чем где бы то ни было. И, в общем, наша Империя отличается от всех иных именно тем, что – от времени колонизации волжского междуречья до 1917 года в этой Империи не было завоёванных народов. В этой “тюрьме народов” министрами были и поляки (гр. Чарторийский), и греки (Каподистрия), и армяне (Лорис-Меликов), и на бакинской нефти делали деньги порабощённые Манташевы и Гукасовы, а не поработители Ивановы и Петровы. В те времена, когда за скальп индейца в Тексасе платили по пять долларов (детские скальпы оплачивались в три доллара), русское тюремное правительство из кожи лезло вон, чтобы охранить тунгусов и якутов от скупщиков, водки, сифилиса, падения цен на пушнину и от периодических кризисов в кедровом и пушном промысле. Была “завоёвана”, например, Финляндия. С Финляндией получился фокус, какого никогда с сотворения мира не было: граждане этой “окраины” пользовались всеми правами русского гражданства на всей территории Империи – а все остальные граждане всей остальной Империи – НЕ пользовались всеми правами в Финляндии. В частности, Финляндия запретила въезд евреев – по какому бы то ни было поводу. Это в своё время ставило перед нашими профессиональными прогрессистами истинно головоломную задачу: защищая независимость Финляндии, им приходилось защищать и еврейское неравноправие. Вообще, если вы хотите сравнивать быт тюрьмы и быт свободы – то сравните историю Финляндии с историей Ирландии» (И.Л. Солоневич).

В России население центральных русских губерний несло основное бремя государственного строительства, потому было более бедным и закрепощённым, чем народы национальных окраин. На присоединённых территориях, в отличие от «метрополии», крестьянское население не было закрепощено. Финляндия и Польша имели образцовые для Европы демократические конституции. Трудно представить, чтобы в европейских государствах выходцы из колоний занимали равное с жителями метрополий положение. Русские умели ненавязчиво внедрять свою политическую культуру, вместе с тем изучать чужую и принимать её как свою. В России аристократия, буржуазия, интеллигенция присоединённых народов органично вливались в общероссийскую элиту. Россия «принимала всякого, кто готов был стать её частью, всякого, кто готов был ей служить. В этом для подданных России выражалась свобода. Если для польского шляхтича свобода выражалась в праве не подчиняться, а для английского лорда – в праве контролировать, на какие цели идут уплаченные им налоги, то для русского дворянина свобода выражалась в возможности принимать участие в великом строительстве империи. И рассудите, у кого было больше свободы – у поляка, чьё неподчинение, чей гонор ни на что, в общем-то, не влияли, или у русского, чья готовность служить делала его сотворцом мировой истории?» (П.Ю. Быков). Единственным исключением был еврейский народ. Вместе с тем, российские ограничения были меньшими, чем в Европе, иначе не привлекли бы из Европы массы еврейской эмиграции, эти ограничения позволяли представителям еврейского народа занять ведущее положение во многих областях хозяйства и культуры.


Клавдий Васильевич Лебедев - Проповедь христианства. 1908 г.

«Отличительная особенность многонационального гиганта, каким была Россия, – более чем тысячелетнее существование всех её народов при подавляющем преобладании центростремительных тенденций над центробежными. Россия всегда была единой метрополией, в отличие от европейских стран практически не имевшей заморских колоний, и все её жители находились под защитой единой системы законов. В колониальных империях законы для колонизаторов и колонизируемых были различными. Двойные стандарты, как известно, – отличительная черта государств, упорно называющих себя “правовыми”… Составляющие Россию народы не теряли свою национальную корневую основу. Здесь можно говорить о синтезе культур народов России, объединённых великой русской культурой, позволяющей сохранить самобытность каждого народа. Финляндия, например, где официальным языком был шведский, несмотря на то, что 80% населения составляли финны, только войдя в состав России в 1809 г., стала обретать свою национальную культуру. Уже во второй четверти XIX в. преподавание финского языка в школе стало обязательным. Недаром чуть ли не в каждом финском доме висел портрет русского генерала Якова Кульнева, которого благодарные финны почитали как своего освободителя. То же было с Лифляндией и Эстляндией, местные языки которых были полностью подавлены немецким и возрождены с помощью России. В том же XIX в. аналогичный процесс произошёл в Бессарабии. Благодаря русской помощи были восстановлены почти уничтоженные турецкими завоевателями болгарский, армянский, сербский языки» (Н.Я. Лактионова). Вследствие такой государственной политики, соответствующей русскому национальному характеру, огромная империя сохранила к 1917 году все народы, в неё вошедшие, и поэтому, в отличие от индейцев Америки и аборигенов Австралии, они имеют возможность требовать в настоящее время «суверенитетов».

Россия никогда не стремилась к завоеваниям на Западе. При императрице Елизавете русская армия взяла Берлин. Но в следующее царствование всё завоеванное было возвращено Германии и компенсировано. Одним сумасбродством или германофильством русского царя это не объяснишь. Чтобы добровольно вернуть плоды победы над сильным противником, нужно, помимо всего прочего, не иметь экспансионистского инстинкта.

В Европе победа традиционно увенчивалась приобретением территории побеждённого или слабого, что считалось нормой международного права. Русские войска были в Европе либо в результате изгнания очередного агрессора, либо для помощи европейским союзникам. «В 1799, в 1805, в 1807 годах сражалась русская армия, с разным успехом, не за русские, а за европейские интересы. Из-за этих же интересов, для неё собственно чуждых, навлекла она на себя грозу Двенадцатого года; когда же смела с лица земли полумиллионную армию и этим одним, казалось бы, уже довольно послужила свободе Европы, она не остановилась на этом, а вопреки своим выгодам, – таково было в 1813 году мнение Кутузова и вообще всей так называемой русской партии, – два года боролась за Германию и Европу и, окончив борьбу низвержением Наполеона, точно так же спасла Францию от мщения Европы, как спасла Европу от угнетения Франции» (Н.Я. Данилевский). В 1814 году русские войска дошли до Парижа, освободив Европу от Наполеона, Россия не присоединила никаких земель. Можно ли найти что-либо подобное в новой истории европейских государств? Невозможно представить, чтобы русские разоряли Париж по примеру «цивилизованных» французов, взрывавших Московский Кремль. «В культуре середины религия политизируется, в культуре конца религиозной становится политика. Священный Союз Александра I – тому подтверждение. Была ли в новейшей истории Европы хотя бы одна политическая система названа словами из религиозной терминологии и в какой стране такой язык был бы уместен?» (В. Шубарт).

Русско-турецкая война при Александре II закончилась освобождением балканских славян. В результате войны получили независимость и расширили свои границы Болгария, Румыния, Сербия, Черногория. Россия вернула отторгнутую у неё в 1856 году часть Бессарабии и вывела свои войска в течение года после Берлинского конгресса. Не воевавшие Англия оккупировала Кипр, Австрия – Боснию и Герцеговину, Франция получила протекторат над турецким Тунисом. И Россия, и европейские державы действовали традиционным для себя образом. И то, и другое в глазах западного общественного мнения было нормальным, ибо критерии нормы для России и Европы – протиоположны.


Клавдий Васильевич Лебедев - «Освоение русскими новых земель» 1904 г.

«Истинный защитник России – это история» (Ф.И. Тютчев), из которой следует, что европейские представления о России как исконном агрессоре являются беспочвенными. Российская империя представляла собой не только форму монархической государственности, но была и уникальным явлением православной цивилизации. В силу различия западноевропейской и русской цивилизаций Россия подвергается многовековой экспансии со стороны Запада – не только военной или экономической, но и духовной, религиозной, культурной.

Национальная воля к жизни, мужество быть вопреки небытию вела русский народ через невиданные испытания и катастрофы. Это не железная воля, а воля преображающего духа. Борьба за самосохранение и существование не сводилась к витальным мотивам, основывалась на глубинном чувстве национального призвания и исторической миссии православного народа. Ибо жизнь для русского человека имеет смысл ради ценностей, которые выше жизни.

Универсальное русское мировоззрение, а также независимость от инерции ограниченного рационалистического, технологического, алгоритмизированного подхода к жизни предоставляют возможности для русского духовного прорыва, раскрывающего новые, спасительные формы жизни человечества. Великие народы вносили вклад в мировую цивилизацию в одной либо в нескольких областях. Русский народ добивался высочайших достижений во многих сферах: религиозной, культурной, общественной, политической, хозяйственной.

Русский религиозный гений высказал своё слово в святости, в средневековой иконописи, в храмостроительстве, в религиозном жизненном укладе, в религиозной философии и богословии ХХ века – подлинной неопатристике. В настоящее время народ переживает религиозное обновление, стимулирующее возрождение во всех сферах.


Икона "Святые Сергий Радонежский и Дмитрий Донской", 
написанная священником Сергеем Симаковым в XX в.

Русская православная софийность, космизм, освящение твари воспитывают органичное отношение к живой природе, к космосу, что создаёт возможности для разрешения экологического кризиса, грозящего гибелью человечеству. Русский народ открывает в христианском Благовестии то, что прошло мимо других народов. Для русского православного человека «Нагорная проповедь есть собрание заповедей неагрессивного отношения к миру. То есть путь решения своих проблем не за счёт внешнего мира, а за счёт внутренних сил своей души. В то время как ресурсы внешнего мира ограничены, силы души границ не имеют – это как раз тот источник неограниченной энергии, который западный мир всё время тщетно пытается найти: то в “вечном двигателе”, то в “термояде”» (И.Р. Шафаревич). На пороге глобальных техногенных катастроф и экологического самоубийства человечества православный космоцентризм и учение о ноосфере Вернадского задают мировоззренческие ориентиры для нового, благотворного отношения к природе. Не самоубийственное перемалывание природных ресурсов в потребительской гонке, не разрушение среды обитания во имя хищнических интересов, а гармоничное сотворчество человека и природы, сохранно-родственное отношение к окружающему миру.

Велики научные достижения русского гения. В современной рационалистической науке давно нет фундаментальных открытий, интерес учёных направлен на поиск инноваций и новых технологий. Грядущий научный прорыв востребует универсальный, нетривиальный, свободный русский ум, который способен не только осуществлять технические и технологические изобретения, но и открывать новые законы природы. Не случайно в условиях рухнувшей государственности русская цивилизация воспроизводит интеллектуальный потенциал, востребованный на мировых рынках, в чём состоит феномен утечки мозгов.

Общественная жизнь русского народа, основанная на соборном жизнеощущении, строилась таким образом, что позволяла выживать всем народам России в суровейших природных, географических и геополитических условиях, создавая при этом высокие формы цивилизации и культуры. Через пятьдесят лет на Земле будет двенадцать миллиардов людей. Если человечество не выстроит органичные социальные формы жизни, оно погибнет. Православная соборность и русская уживчивость, терпимость могут стать основой для решения мировых национальных и демографических проблем, для соцветья многонациональных культур.


Молебен на Пасху. Крестный ход в Ярославле. Алексей Боголюбов, 1863 г.

«У нас есть древняя нравственная идея, которая, может быть, и восторжествует. Эта идея – ещё издревле понятие своё, что такое честь и долг и что такое настоящее равенство и братство между людьми. На Западе жажда равенства была иная, потому что и господство было иное» (Ф.М. Достоевский). Россия, сохранившая все народы, вошедшие в неё, на современном этапе способна породить новые формы общественной жизни, учитывающие и опыт катастроф ХХ столетия, и духовный опыт своей тысячелетней истории, единящий европейские и азиатские культурные формы. Творческое дело России может стать актуальным для всего человечества.

Русские люди обладали политическим даром, который позволил на протяжении тысячелетия сохранять политическую независимость, создав крупнейшее жизнеспособное государство. Ныне пробуждающиеся политическая воля и политический опыт позволяют надеяться на преодоление эпохи государственных катастроф.

Хозяйственный динамизм русского народа проявился в колонизации за исторически короткий срок огромных суровейших пространств Евразии. И сегодня освоение огромного, богатейшего ресурсами евразийского пространства является жизненной задачей русского народа, задачей, которая имеет общемировой смысл.

Во всех этих измерениях проявляется всечеловечность русского характера, способного не потерять мужества перед грядущими мировыми катастрофами и не потеряться в возрастающем информационном потоке, отделяя зерна от плевел и формируя мировые духовные приоритеты.


На современные глобальные вызовы способен отвечать человек творческого призвания: широкой души и высокой духовности, аскетичный, долготерпеливый, ответственный, динамичный, творческий. Поиск новых форм жизни человечества требует невероятного творческого напряжения. Русские веками борьбы за выживание научились динамично думать и придумывать, решать труднейшие головоломки, создавать новые смыслы. Поэтому они уникально креативны – способны гибко адаптироваться к трудной ситуации, находить нетривиальные решения новых проблем.

Русский творческий ум – интуитивный, свободный, динамичный, метафизически углублённый и цельный, универсальный, оперативный и гибкий – более всего соответствует решению проблем, порожденных техногенной цивилизацией и информационной эрой. Западная цивилизация превращает человека разумного в человека массового (подверженного массовым психозам) и человека информационного, который запрограммирован на гонку искусственных потребностей. Русская культура и духовность, русская трагическая история формируют человека самодостаточного, аскетичного, свободного, самоопределяющегося, творческого. Именно эти качества личности будут более всего востребованы грядущей эпохой.

Виктор АКСЮЧИЦ

.